Каждый год на российских аттракционах в парках культуры и отдыха происходят серьезные происшествия. Так, только 6 июля в Новосибирске на «чертовом» колесе наглухо заклинило механизм, 19 пассажиров пришлось спасать вручную. Однако горожане продолжают ходить в парки развлечений по несколько раз в год.
Россияне слышат о происшествиях «по мелочам» — где-то девочка сломала руку, где-то мальчик ударился головой, но ситуация куда хуже, рассказал на пресс-конференции в НСН президент Союза адвокатов России, доктор юридических наук Игорь Трунов.
Этот случай стал известен широкой общественности. А есть и другие ЧП, произошедшие «втихую». Их виновники отделались лишь легким испугом и символической потерей денег.
Тяжелых происшествий, когда дети гибли или становились инвалидами, в 2022 году было больше полутора тысяч, продолжает Игорь Трунов, подчеркивая, что латентная преступность в индустрии развлечений — огромная. Дети погибают от ударов качелями-каруселями, счет переломам и ушибам идет на десятки тысяч. Однако организаторы получают несоразмерные по строгости наказания.
Так, в прошлом году четырехлетний мальчик в Тюмени разбил голову в парке развлечений «Атмосфера». Ребенку предписано серьезное лечение, а предприниматель заплатил 50 тысяч рублей и продолжает работать. Семилетняя девочка в Якутии умерла, получив травму позвоночника на спуске с горки. Владелец аттракциона приговорен к 8 месяцам исправительных работ с удержанием 5% зарплаты в пользу государства. В Удмуртии семилетняя девочка сломала ногу на надувном батуте. Суд присудил индивидуальному предпринимателю 100 тысяч рублей штрафа. «И даже эти ситуации — редкие, они дошли до решения суда. Больше скажу — не факт, что бизнесмен заплатит эти деньги. Обычно у таких предпринимателей уставной капитал не превышает 10 тысяч, ну то есть платить ему как бы нечем. Скорее всего, дети не получат никакой компенсации, это я говорю, исходя из своего опыта», — поясняет юрист.
В основном происшествия происходят на старых аттракционах, которым по 20-30 лет. «Кататься не на чем, поэтому парки вынуждены оставлять в эксплуатации такую технику, если она технически исправна», — считает вице-президент Российской ассоциации парков и производителей аттракционов Игорь Родионов.
— Тема безопасности аттракционов не решена. Пока у нас часами люди висят на колесе обзора — значит, понятно, что ситуация проблемная, — рассуждает первый зампред комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Татьяна Буцкая. — Сертификация аттракционов есть, обслуживающие компании есть. Но вместе они не работают. Пока не будет единого органа, который отвечает за надзором аттракционов, толку не будет. Если приходит проверка, из-за которой страдает бизнес, я понимаю бизнес. Но я понимаю и родителей. Если нет единого органа, который отвечает за карусели, это неправильно. Я своего ребенка к аттракционам не допущу.
Игорь Трунов возмутился словами Буцкой: «Мне неловко слышать заявление депутата Государственной думы, что она не пустит своего ребенка кататься. Но это же не выход из положения! Парки аттракционов — огромная индустрия. Что касается, например, американцев, они посещают парки развлечений так часто, что прибыль от этой отрасли сопоставима с расходами на военное вооружение».
Но и в России популярность каруселей не меньше, хотя современных «горок», «чертовых колес» и «пещер ужасов» у нас куда меньше. Как бы ни было, по статистике, в индустрии аттракционов в нашей стране задействовано больше ста тысяч сотрудников.
— В России действуют пять тысяч объектов, которые посещают 30 миллионов человек, — продолжает Трунов. — Цены скакнули в несколько раз, однако дети и их родители продолжают пользоваться аттракционами. Хочу добавить, что в российской столице ситуация контролируется, в отличие от регионов, где травматизм детей зашкаливает.
